Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №42/2000

ЧЕЛОВЕК И ЕГО ЗДОРОВЬЕ

Э.РУТМАН

Когда начинается диалог

Известно, что только что вылупившиеся из яйца цыплята отличают кудахтанье наседки от голосов других кур. Но если яйцо изолировать от звуков, то новорожденному цыпленку потребуются целые сутки, прежде чем он научится различать ее голос. Следовательно, «знакомство» с голосом матери происходит еще тогда, когда цыпленок развивается в яйце. Доказано также и то, что новорожденные цыплята предпочитают новым звукам те, которые они могли слышать до того, как вылупились.

Еще более интересные факты были получены в экспериментах на морских свинках. Маленькие детеныши очень боятся бентамского петуха и мгновенно обращаются в бегство или замирают, услышав его кукареканье. Но если свинки несколько раз прослушают крик петуха, реакции страха постепенно исчезают. На этом и был построен следующий эксперимент: магнитофонную пленку с кукареканьем в течение двух недель ежедневно прокручивали «над ухом» беременной морской свинки в период, когда у эмбриона уже достаточно развилась слуховая система. Затем эту же пленку прокрутили детенышам через два часа после рождения, и никакого действия на них крик петуха не оказал. А у детенышей контрольной группы (без предварительного «обучения») возникала обычная реакция испуга. В то же время на крики морской свинки обе группы детенышей реагировали одинаково. Это исключает возможность объяснения различий между группами их разной чувствительностью к звукам.

Таким образом, для морских свинок показана возможность внутриутробного привыкания (простейшей формы научения) к звуку.

А что известно о людях? Изучение этого вопроса велось еще в 50-е гг., но особенно усилилось в последние десятилетия под влиянием различных экспериментальных свидетельств внутриутробного восприятия звуков. Что же известно на сегодня?

В основном исследования до рождения проводятся (по вполне понятным причинам) с помощью регистрации реакций плода на звуки. Прежде всего следует отметить, что жизнь плода протекает вовсе не в абсолютной тишине, как считали в прошлом. Даже если во внешней среде нет звуков, в полости матки слышны удары сердца матери, звуки, вызываемые перистальтикой кишечника и движением крови по сосудам. Все это создает некоторый постоянный звуковой фон, подобный, по выражению одного исследователя, шуму на берегу океана. (Не потому ли так хорошо спится под шум прибоя?)

Слышны и звуки внешней среды. По имеющимся данным, их интенсивность внутри матки может достигать 80 дБ. Чем выше частота, тем больше снижение громкости внутри тела. Проведенные эксперименты показали, что внутриутробно могут быть слышны и различимы произносимые слова, хотя их акустические характеристики будут сильно отличаться от тех, которые для них фиксируются снаружи.

Таким образом, развивающийся плод, как только его слуховая система достигнет достаточной зрелости, может слышать звуки материнского голоса, музыку и громкие шумы внешней среды. После того как эти данные были получены в эксперименте, вспомнили (на этот раз с полным доверием) нередкие наблюдения беременных матерей, что будущий ребенок реагирует на музыку. Уместно в связи с этим вспомнить и существующие в некоторых традиционных культурах обычаи, запрещающие говорить с беременной женщиной грубо и громким голосом, кричать на нее.

Но с какого же времени слуховая система плода достигает развития, достаточного, чтобы слышать звуки? Считается надежно доказанным наличие слуха у плода после 7 месяцев. И тут уже нельзя не задаться вопросом: возможно ли до рождения какое-либо обучение, основанное на восприятии звуков?

Простейшей формой научения, как упоминалось выше, считается привыкание – снижение величины реакции при повторении безразличного для организма стимула (организм как бы научается не реагировать). Именно привыкание наблюдалось в упомянутом выше эксперименте с морскими свинками.

Существует лишь небольшое количество работ, в которых описывается снижение реакций пульса и движений плода человека в ответ на звук при его повторении, но их нельзя считать вполне убедительными, так как не исключено, что наблюдавшееся снижение было вызвано утомлением.

В то же время существуют более убедительные свидетельства внутриутробного обучения у человека, чем развитие привыкания. В специальной серии работ, проведенных в конце 70-х – начале 80-х гг., было показано, что возможно внутриутробное усвоение (запоминание) определенных музыкальных отрывков.

Исследование производилось следующим образом.

Беременных женщин дважды в неделю в течение четырех недель (в период 6, 7 или 8-месячной беременности) обучали расслаблению. В период максимального расслабления трижды предъявляли 12-секундный музыкальный стимул. Исследователь полагал, что состояние максимального расслабления матери является приятным для плода, эта «приятность» будет по типу условного рефлекса связываться с музыкальным отрывком, который звучит в это время, что должно проявиться в реакциях плода (или новорожденного) на эти музыкальные отрывки через какое-то время.

Проверка проводилась до и после родов. Первая – в период 30–37 недель беременности. Обычно как только мать принимала лежачее расслабленное положение, движения плода возникали через 6–10 мин, но если звучала музыка, предъявлявшаяся ранее во время сеансов расслабления, движения возникали через 7–49 с.

Во время второй проверки, не позднее чем через 6 мин после рождения, 14 новорожденным предъявляли тот же музыкальный отрывок. Те младенцы, которые кричали перед этим, переставали кричать, те, у кого глаза были закрыты, – открыли глаза. Эти явления не возникали при проигрывании «обратного» музыкального отрывка и других музыкальных отрывков. Описанное действие музыки сохранялось несколько месяцев.

Однако наиболее существенные и убедительные свидетельства «обучения до рождения», «внутриутробного опыта» получены за последние 20–25 лет в серии исследований влияния на поведение новорожденных внутриматочно записанных шумов материнского организма и внешней среды.

Еще в 60-е гг. были опубликованы первые сообщения о том, что круглосуточное воспроизведение записи звука сердцебиений (72 уд./мин) хорошо влияет на развитие новорожденных. Такой звуковой фон в течение первых четырех суток достоверно приводил к увеличению длительности сна и прибавлению веса по сравнению с контрольной группой. А при предъявлении записи сердцебиений с частотой более 120 уд./мин отмечались учащение плача, уменьшение продолжительности сна.

В аналогичном исследовании в 1976 г. было показано, что под запись сердцебиений матери младенцы засыпают в два раза быстрее, чем в тишине, причем этот эффект сохраняется до трех лет.

Таким образом, возникновение некоторого внутриутробного звукового «опыта», влияющего на последующее поведение, иначе говоря, внутриутробного обучения, является доказанным. Следует только отметить, что слово «обучение» ни в коем случае нельзя расценивать как синоним привычного нам понятия. Дело в том, что обучение до рождения, как и обучение новорожденных вскоре после рождения, обусловлено совершенно иными механизмами, чем обучение в более позднем возрасте.

Возможно ли в свете сказанного «запоминание» и «узнавание» материнского голоса до рождения, как у цыплят в описанном выше эксперименте?

Есть немногочисленные свидетельства того, что младенец почти сразу после рождения как-то отличает речевые звуки от неречевых: трехнедельный ребенок отличает голос матери от других голосов. Предполагается, что ребенок различает ритм и интонацию речи матери, поскольку способность к различению исчезает, если мать читает текст справа налево или снизу вверх, то есть если исчезает интонация материнской речи.

Есть сообщения и о более раннем узнавании голоса матери, в частности показано, что новорожденные в возрасте менее трех дней, проведшие с матерью не более 12 ч, могут отличать ее голос от других голосов.

Итак, несмотря на то, что однозначно интерпретируемых данных о внутриутробном различении голоса матери или хотя бы какого-то «усвоения» характеристик речевых звуков пока все-таки нет, все же несомненно главное: по мере созревания сенсорных систем и центральной нервной системы плод воспринимает стимулы разного рода, реагирует на них и в определенном смысле «запоминает» или «обучается». Таким образом, внутриутробная стимуляция плода может обусловить некоторую направленность восприятия сразу после рождения, некоторые «грубые» предпочтения.

Однако пока неясно, к чему сможет привести избирательная стимуляция какого-то одного сенсорного канала (как это делается, например, в рассмотренных экспериментах). Она может подавить развитие других сенсорных систем или, повышая общую реактивность, способствовать их развитию. Да и вообще неясно, надо ли ускорять естественное течение событий.

Таким образом, из полученных новых данных о внутриутробных возможностях плода вовсе не следует, что нужно эти возможности более активно использовать, что следует чему-то «обучать» до рождения. Зато можно ожидать, что реакции плода на звуки станут ценным диагностическим средством при определении состояния здоровья и развития плода.

Наиболее существенным следствием изучения внутриутробного развития человека является осознание того, что плод взаимодействует с окружающей средой, что еще до рождения он что-то «узнает» о своем будущем окружении и реагирует на него.

В настоящее время отношения матери и ребенка с момента рождения рассматриваются как диалог, в котором очень важно для матери уметь распознавать «сигнал» ребенка. Новые данные о внутриутробных способностях плода заставляют задуматься о более раннем начале диалога «мать – ребенок».

Двигательные реакции плода (по крайней мере, часть их) вполне ощутимы матерью. Может быть, если матери начнут прислушиваться к ним и менять факторы внешней среды (например, уменьшать громкость звуков) при соответствующих реакциях плода, это и будет началом диалога до рождения.

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru